Сатана уехал в отпуск: 10 книг, которые расскажут об очень человеческом зле | Salt

Сатана уехал в отпуск: 10 книг, которые расскажут об очень человеческом зле

Книги
Соня Шпильберг
Соня Шпильберг
26 июля, 19:00
Salt: главное здесь, остальное по вкусу - Сатана уехал в отпуск: 10 книг, которые расскажут об очень человеческом зле
SALT-collage
Главная проблема человека — это выбор. Почему-то он должен совершать его постоянно — выбирать, что сказать, что купить, какое решение принять: ждать или действовать, терпеть или бороться. Выбор дается нелегко, потому как все неоднозначно, и нет очевидных объяснений того, что хорошо, а что плохо. Зло давно уже не прерогатива потусторонних сил, а вполне обыденная вещь, ужасающая своей естественностью. Мы спросили писателей, издателей, журналистов, режиссеров, философов — что такое зло и что читать, чтобы в нем разобраться.

Александр Снегирёв, писатель:

Джонатан Литтелл «Благоволительницы»

Выберу этот роман потому, что он, пожалуй, один из самых ярких примеров текста о зле в новейшей литературе. Роман известный, поэтому говорить о сюжете странно, однако напомню, что в целом он посвящен жизни и службе офицера СС в годы войны Германии и СССР. Роман написан от лица представителя абсолютного зла и оставляет двойственное ощущение: с одной стороны, читателя ужасают картины насилия и громадной жестокости, с другой — ловишь себя на неприятном и некомфортном ощущении если не понимания позиции злодея, то принятия, по крайней мере, ее предпосылок. Все это хороший повод для литературных и философских споров, но главным выводом является осознание того, что грань между добром и злом весьма зыбка, более того — добро и зло постоянно пребывают в движении и меняются местами.

Василиса Кирилочкина, журналистка:

Ханья Янагихара «Люди среди деревьев»

Это дебютный роман Ханьи Янагихары и книжка, которая вряд ли может понравиться. По крайней мере я не могу представить человека, который прочтет ее и скажет: «Хорошая книжка, замечательная». По мне, так она липкая и затягивающая, тревожная и яростная — настоящее болото зла, жуть которого не бьет обухом, а медленно проникает в каждую клеточку тела и лишь в конце разрывает изнутри. Это книга о людях и науке, о важных открытиях, которые могут стать катастрофами, о бесчеловечности и безысходности, о гении и посредственности. А если совсем без лирики, это книга о нобелевском лауреате, которого обвиняют в растлении детей.

Евгений Митта, режиссер:

Варлам Шаламов «Колымские рассказы»

Лагерь — это концентрат системного насилия над человеком. Злая воля власти и заключенный находятся в устойчивом конфликте, где все чужое, и мир, управляемый этой властью, также враждебен, и каждый неверный шаг может привести к смерти.

Борис Куприянов, сооснователь книжного магазина «Фаланстер»:

Ханна Арендт «Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме», Федор Сологуб «Мелкий бес»

Книга «Банальность зла» написана по протоколам дела Эйхмана и показывает, что зло вовсе не имеет какой-то сакральной сущности или специального умысла. Человек совершает зло не потому, что он исчадие ада, а просто потому, что он машина, которая исполняет приказы. Большинство мировых событий, которые происходят в категории «зло», творятся вовсе не во имя культа Сатаны — это зло производят люди, которые четко выполняют свои должностные инструкции.

Книга «Мелкий бес» чуть перекликается с книгой Арендт и рассказывает о том, как быт и мелочные обстоятельства приводят к безумию и к поступкам, которые мы считаем абсолютно злыми. Я ее рекомендую в силу той же «банальности зла» и его обывательской природы. Тем оно и страшно.

Мария Троицкая, блогер:

Евгения Гинзбург «Крутой маршрут»

С детства я не верю в Зло с большой буквы — в абсолютное и беспрецедентное, когда плохое творится из неясных побуждений. Даже безжалостный Кощей в отдельных историях вызывает сочувствие, а Змей Горыныч, если подумать, и вовсе бессловесная скотина. Большое зло для меня кроется в обычных человеческих пороках и слабостях, когда сам не знаешь, как бы поступил на месте героя, что бы чувствовал в сложной ситуации. Так что все произведения о смутных временах, когда предательство было вопросом жизни и смерти, с одной стороны, и делом обычным — с другой, я считаю книгами о зле.

Такой книгой можно назвать «Крутой маршрут». Это автобиографическая история Евгении Гинзбург, репрессированной в 1937 году по обвинению в троцкизме и терроризме.

Гузель Яхина, писатель:

Джонатан Литтелл «Благоволительницы», Гузель Яхина «Дети мои»

Книга Литтелла страшна тем, что она о расчеловечивании. Фашизм — это величайшее зло.

В моем романе «Дети мои» тоже затронута страшная тема тоталитаризма. Я использую две линии, две личности — вымышленную и историческую. Один — отец человечный, который жертвует собой ради детей. Другой — отец народов Иосиф Сталин, который является зеркальным отражением первого героя, что называется, «человек наоборот». Первый движется от страхов к их преодолению, и это определяет, оправдывает его жизнь. А второй — вождь — движется от большой идеи, от некого «полета» и «вдохновения» к животному страху, который им полностью овладевает. В каком-то смысле линия вождя — это и есть олицетворение тоталитарного Зла, которое поглотило ХХ век.

Валерий Анашвили, издатель, главный редактор журнала «Логос»

Ханна Арендт «Опыты понимания», Роберт Пфаллер «Ради чего стоит жить»

Книга Ханны Арендт «Опыты понимания» посвящена самому кошмарному и жуткому виду зла, издавна преследующему человечество. Это зло активизировалось в ХХ веке в виде нацизма и всех других видах тоталитаризма — зла тотального, уничтожающего людей на основе их национальности, убеждений или любых мнимых «отличий» от большинства. «Это ад, в котором святой и грешник были одинаково низведены до статуса возможных трупов. Внутри этих фабрик смерти все становилось случайностью, совершенно не зависевшей от тех, кто испытывал страдания, и тех, кто причинял их. И нередко те, кто причинял страдания, однажды сами становились страдающими», — пишет Арендт. Подлинный тоталитарный террор начинается только тогда, когда у режима больше нет врагов, которых можно было бы арестовать и замучить до смерти.

Другая книга — Роберт Пфаллер «Ради чего стоит жить. Начала материалистической философии» — о самом опасном сорте зла, которое маскируется под добро. Такое «добро» имитирует заботу о человеке, обществе, культурных ценностях, толерантности и тому подобном. «Когда на первый план в современной культуре выходят такие ценности, как безопасность, здоровье, эффективность затрат или так называемое европейское пространство высшего образования, то нередко оказывается, что другие жизненные реалии, как, например, гражданские права, социальное обеспечение, удовольствие, достоинство, элегантность и интеллектуальность, приносятся в жертву решительно и без какого-либо обсуждения», — сообщает нам автор. — Правительства запрещают нам курить, словно мы несовершеннолетние дети. Разве не удивительно, со сколькими вещами мы уже смирились?» В этой книге речь идет о том, как опутывающее нас зло запретов и навязанной «заботы» лишило нас понимания, ради чего стоит жить.

Евгений Стаховский, журналист, ведущий радио «Маяк»:

Ханья Янагихара «Маленькая жизнь»

В мире мало книг, которые провоцируют столь оживленные дискуссии — в 2016 году роман обвиняли в депрессивности, давлении на эмоции и прочих побочных эффектах. Почему он затронул за живое? Да потому что зло порой проникает в тебя столь глубоко, что поражает все клетки, становится тобой и может нанести непоправимый ущерб. Это травмы и мутации, от которых не излечиться, даже если в итоге Зло оказывается наказано. Зло — это вирус.

Валерий Абель, владелец магазина антикварной книги Abelbooks, кинопродюсер:

«Протоколы Сионских Мудрецов»

Это книга про группу людей, которые якобы собираются совершить огромное зло. Книга, будучи фальшивкой, принесла много зла и горя огромному количеству людей. Вся теория «жидомасонского заговора» ХХ века выросла из этого сочинения, по сути, это основа современного антисемитизма. Вопрос об авторстве протоколов до сих пор является дискуссией, как, впрочем, место и время создания текста. Но парадокс в том, что от, скорее всего, какого-то частного памфлета значение этой книги искусственно было раздуто до всепланетного мифа ХХ века. Последствия мы все с вами знаем.

Елена Петровская, философ, преподаватель Института свободных искусств и наук ММУ:

Спиноза, «Этика»

Согласно «Этике» Спинозы, зло — это угнетение способности к действию и незнание действительных причин вещей. У зла нет сущности, нет метафизики. Это просто угнетение сил жизни, больше ничего. Можно представить его как набор неадекватных идей (если пользоваться терминологией Спинозы), которые мешают понять реально существующие связи между вещами и явлениями. Эти неадекватные идеи ограничивают нашу мощь, в том числе и политически. Но политическая мощь — еще и содружество тел. Это отказ от идеи общественного договора как формы символического опосредования и переход к прямой демократии. Если говорить технически, это самоконституирование права, по крайней мере, такое толкование предлагает мыслитель Антонио Негри. Зло мешает как индивиду, так и сообществу. Оно разрывает связи, угнетает их. Ему противостоит солидарность.