«Сердцеедка — не мое амплуа»: Эммануэль Беар о чувственности, выборе ролей и детских комплексах | Salt

«Сердцеедка — не мое амплуа»: Эммануэль Беар о чувственности, выборе ролей и детских комплексах

Ролевая модель
Ольга Лысенко
Ольга Лысенко
14 августа, 11:00
Salt: главное здесь, остальное по вкусу - «Сердцеедка — не мое амплуа»: Эммануэль Беар о чувственности, выборе ролей и детских комплексах
SALT-collage
14 августа Эммануэль Беар, эталону французского очарования, исполняется 56 лет. Беар можно назвать живой легендой, но вздумай кто-нибудь сказать ей об этом, она, скорее всего, рассмеется ему в лицо. Актриса не считает себя дивой, по-прежнему иногда комплексует из-за внешности, забросила Голливуд, зато завела Instagram, где выкладывает фотографии без макияжа (совершенно чудесные).

«Удивительно было стать символом чувственности»

Эммануэль росла в семье знаменитостей: ее папа, Ги Беар, был известным шансонье, а мама, Женевьева Галеа, в юности работала моделью и слыла одной из красивейших девушек Франции. Эммануэль фактически жила на два дома — зиму она проводила в родительском доме неподалеку от Сен-Тропе, а лето — в Канаде, в монреальском доме друга семьи. Именно там Эммануэль овладела английским и принялась осваивать азы актерской профессии.

Она начала сниматься в 20 лет, но потребовалось три года эпизодов и небольших ролей в сериалах, прежде чем Эммануэль пригласили на заметную роль в фильме «Манон с источника». Это была прекрасная драматическая работа, за которую Беар получила «Сезар», но зрители запомнили девушку в первую очередь благодаря эпизоду, где она танцует в чем мать родила. 23-летняя Беар тут же получила негласный титул «Мисс эротичность» — и была крайне удивлена такой реакции на свою персону.

— Я — гибрид бульдозера и танцовщицы. Наверное, потому, что воспитывалась вместе с мальчиками. Я играла в футбол и ненавидела девчачьи штучки. Тем удивительнее было стать символом чувственности.

Фрагмент фильма «Манон с источника»

«Он греховодник и провокатор. Мне это нравится!»

Ангельская красота Беар в сочетании с серьезным талантом обеспечили ей поток предложений от режиссеров. В 1992 году она познакомилась с Клодом Сотэ: Беар стала для режиссера музой, а он для нее — настоящим другом.

— Именно Клод объяснил мне, что успех — это 2% таланта и 98% работы. Я всегда держу это в голове, — говорила Беар в интервью The Guаrdian.

Сотэ работал с Эммануэль в знаменитом «Сердце зимой», за который Беар получила приз Венецианского кинофестиваля, и в «Нелли и месье Рено». Но Беар не собиралась становиться заложницей образов, созданных одним режиссером — она с одинаковым энтузиазмом бралась за блокбастеры вроде «Миссия невыполнима», драмы и артхаус.

— Когда передо мной стоит вопрос — соглашаться на роль или нет, я выпиваю с режиссером по кружке пива, — говорила Эммануэль в интервью Marie Claire. — Так я понимаю, хочу я с ним работать или нет. Одна кружка — вряд ли мы сойдемся. Если заказываю себе еще пива — значит, хочу с ним работать. Еще два пива — значит, точно буду сниматься

Неизвестно, сколько кружек выпили перед тем, как ударить по рукам, Эммануэль и режиссер Франсуа Озон, однако в его комедии «8 женщин» она сыграла — и сыграла блистательно. Озон впервые снимал 38-летнюю актрису в своем фильме, оба позже признавались, что тогда решили рискнуть и поработать вместе.

Кадр из фильма «8 женщин». Courtesy photo

Скромный костюм служанки Луизы, взгляд исподлобья и ставшая крылатой фраза «Месье, видимо, устал от исключительных женщин» — Беар органично вписалась в ансамбль звезд, сыгравших в этом фильме: Катрин Денев, Изабель Юппер, Фанни Ардан и других.

Кадр из фильма «8 женщин». Courtesy photo

«Я очень люблю Озона, — говорила позже в интервью Эммануэль. — Он такой же нарушитель спокойствия, как и я, настоящий извращенец, греховодник и провокатор. Мне это нравится!»

«Все мои комплексы — родом из детства»

В детстве никто не называл Эммануэль «красоткой» или «ангелочком». Все восторги доставались ее братьям, которые действительно выглядели, как детишки с викторианских открыток — румяные, белокурые и голубоглазые. Эммануэль же, не стесняясь, называли «забавным существом». Маленькая Эми бегала рыдать на плече у бабушки — единственного человека, считавшего девочку красавицей.

@emmanuellebeart / Instagram

Последствия «добродушных» шуток родственников и знакомых преследовали Беар всю жизнь.

— Сердцеедка — не мое амплуа, — делилась она в интервью российскому изданию «7 дней». — О какой красоте тут можно говорить? Все наши комплексы родом из детства, и многие из нас не спешат с ними расставаться. С годами внешность может меняться в лучшую или худшую сторону, но мы продолжаем оценивать себя так же, как в детстве. Я смотрю на себя в зеркало и вздыхаю: веснушчатая физиономия, странная форма носа, большой рот, рост подкачал, зад широкий. Я не переживаю, я просто живу с этим. У меня только брови красивые.

@emmanuellebeart / Instagram
Salt: главное здесь, остальное по вкусу - Что ты делаешь с нами, FaceApp, прекрати. Как мы научились играть в старость и чем это грозит Явление Что ты делаешь с нами, FaceApp, прекрати. Как мы научились играть в старость и чем это грозит

«Нужна сила признать тот факт, что тебе нужна пластика»

Губы «как у Беар» до сих пор остаются одним из самых популярных запросов среди клиенток пластических хирургов. Но, как ни удивительно, чувственный рот Эммануэль — результат неудачной операции.

— Я «сделала» рот, когда мне было 27, — рассказывала актриса в интервью Le Monde. — Это была работа мясника. Но, разумеется, если бы мне нравился мой рот, я бы не стала его переделывать. Если мужчина или женщина решились что-то в себе поменять, это значит, что они просто уже не могут жить с таким телом. Тогда им нужна сила признать тот факт, что им нужна пластика.

Однако операция по изменению формы губ оказалась для самой Беар настоящим кошмаром. И хотя таблоиды часто пытались найти доказательства новых операций, сама Эммануэль уверяла, что одного раза ей хватило.

— Мы не всегда можем просчитать все последствия такого вмешательства, — говорила она в интервью журналу Elle в 2003 году, на пороге 40-летия. — После той операции даже мысль о простых инъекциях пугает меня. Не представляю, как я переживу средний возраст. В этом бизнесе стареть очень непросто. Да и вообще это непросто, если ты женщина. Почему у актеров не спрашивают, будут ли они делать себе инъекции ботокса, когда им стукнет пятьдесят? Почему эти вопросы задают только женщинам?

«В Голливуде стоящего материала нет»

В последние годы Эммануэль практически не принимает предложений от кинорежиссеров. Ее последняя работа в большом кино — роль красивой француженки, вступившей в непростые отношения с подростком, в фильме Стивена Лэнса «Моя госпожа».

Кадр из фильма «Моя госпожа». Courtesy photo

Он вышел на экраны в 2014 году и прошел в прокате без особого успеха. Беар не расстроилась — в последние годы ее больше привлекает театр: она занята в постановках Паскаля Рамбера Répétition и Architecture в Théâtre de Gennevilliers. Кроме того, актриса и ее муж, документалист Фредерик Шодье (они поженились в прошлом году), вместе работают над фильмом о жизни отца Эммануэль, композитора Ги Беара, и продюсируют альбом кавер-версий его песен. Ги скончался четыре года назад, и эта работа стала для Эммануэль способом справиться с болью и достойно попрощаться с отцом.

По словам Беар, ее регулярно зовут обратно в кино, в том числе и голливудские продюсеры. Но приглашения из-за океана она отвергает не глядя.

—  В Голливуде стоящего материала нет. Мне присылают сценарии, но я ведь даже с режиссером не могу увидеться! А я никогда не соглашусь сниматься, не посмотрев режиссеру в глаза. Я даже сумки паковать не стану.

Вместо съемок Эммануэль посвятила себя общественной деятельности — она является послом доброй воли ЮНИСЕФ, борется за права мигрантов, посещает лагеря для беженцев и поддерживает множество экологических инициатив, о которых часто рассказывает в своем аккаунте в   Instagram .