«Мы и в России не особо кому-то нужны»: как в 34 года переехать в Канаду и не пожалеть об этом | Salt

«Мы и в России не особо кому-то нужны»: как в 34 года переехать в Канаду и не пожалеть об этом

География
Анна Родина
Анна Родина
21 июля, 10:00
Salt: главное здесь, остальное по вкусу - «Мы и в России не особо кому-то нужны»: как в 34 года переехать в Канаду и не пожалеть об этом
Johny Goerend / Unsplash
Что делать, если в своей стране ты годами чувствуешь себя так, будто пытаешься запихнуть коробку из-под телевизора в пачку сигарет? Таня Солодовникова рассказала, почему чувствовала несвободу в России, и как энергетика Торонто, дружелюбие канадцев и их открытость к пониманию чужой идентичности помогли ей и ее девушке Оле пустить корни на новом месте.

Знаете, что я сделала в свое первое утро в Канаде, когда только открыла глаза? Я заплакала. Навзрыд. Я вдруг физически ощутила эти расстояния, как я рвусь, ломаюсь и крошусь, что назад дороги для меня нет. Я понятия тогда не имела, через сколько месяцев таких «ломок» предстоит пройти.

Переехать c Дальнего Востока России в Торонто в 34 года — это не в крестики-нолики партию рубануть. Но знаете, сколько раз за последние четыре года я пожалела о том, что поменяла континент? Ни одного. Ни секунды сомнений.

Таня (справа) и Оля

Запах тревоги и несвободы

То, что я родилась не в том месте и не в той стране, мне было понятно в общем-то всегда. По ощущениям, это было примерно, как попытка запихнуть коробку из-под телевизора в пачку сигарет. У меня ушло очень много времени, чтобы осознать, что я просто не принадлежу месту, в котором родилась, взрослела и жила свою жизнь. Это вовсе не означает, что я не люблю Россию и все русское. Совсем нет. Но по ментальности, лайфстайлу, по отношению к жизни, личному пространству и даже собственной сексуальности мне ближе был и есть Запад — Канада, в которой я живу сейчас.

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Канадцы очень дружелюбны и расслаблены. Уважительны к личному пространству друг друга. Коротко и емко об этом пишут даже на билбордах: «You do you». Это семейно ориентированная нация, где в детей инвестируют огромное количество любви, энергии и денег. Они бережливы к окружающей среде и действительно близки с природой. Полны самоиронии, безмерного обожания и гордости к своим национальным героям.

Хоккей волнует их больше, чем индекс Доу Джонса, утренние новости о еноте, который обобрал булочную, будут обсуждать в офисах до самого ланча, а на городской парад в честь выхода Raptors в чемпионы NBA придут сотни тысяч человек.

Еноты в Торонто / Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Сила Канады в разнообразии и свободе, которую дает эта страна каждому. Я говорю о свободе быть собой и остаться собой. Сохранить себя, свое наследие, свою идентичность и не боятся быть отвергнутым, непонятым, чужим среди чужих

Что меня останавливало от переезда все эти годы? Миллион вещей: я училась, работала, путешествовала, завела серьезные отношения. Мы (я и мой партнер) сделали ремонт в своей квартире, под окном — машина, у нас есть работа, друзья, хобби, годовые абонементы в фитнес клуб, на руках билеты в Токио. А на душе тоска.

Я включаю телевизор, и оттуда на меня льются радиоактивные дожди новостей Первого канала, безнадега, сериалы, санкции.

Я прихожу на работу в местную телекомпанию и с тревогой жду новостей о сокращении бюджета от своего шефа.

Запах тревоги и несвободы витает в воздухе постоянно. Вот я выхожу из нашей милой уютной квартиры, а в подъезде наплевано и соседка курит на лестнице одну сигарету за другой. Поедем сегодня прокатиться по городу — я испсихуюсь на убитых дорогах. Или мы просто выйдем на улицу, и я подберусь вся, сгруппируюсь, потому что вокруг соседи уже шепчутся о всяком, а тут я еще возьму своего партнера за руку — и все, новостей на весь район на месяц вперед.

By the way, I’m gay. Мой партнер — девушка, ее зовут Оля. Думаю, тут собрались open-minded people, и мне не надо объяснять, почему быть представителем LGBTQ-сообщества и заводить семью, детей, совместное имущество и просто жить свою жизнь без оглядки, — это действительно проблема в современной России

Мы часто говорили об иммиграции дома и с друзьями, но разговоры оставались разговорами, которые сводились к общему знаменателю: «Кому мы там нужны? Нам уже поздно ехать, мы старые», «Мы там будем полы мыть», «Ну еще немного поживем в России и поедем».

Кот Юки. Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Во-первых, давно не секрет, что мы и в России не особо кому-то нужны. Во-вторых, никогда не поздно. И в-третьих — чем, кстати, зазорно мытье полов? Оливия Колман, забирая своего «Оскара» за главную роль в фильме «Фаворитка», не постеснялась сказать со сцены на многомиллионную аудиторию о том, что она махала тряпкой и убирала дома — до того, как.

Salt: главное здесь, остальное по вкусу - «За один день здесь никто не становится звездой — это миф. В Голливуде все пашут с утра до ночи и всерьез» География «За один день здесь никто не становится звездой — это миф. В Голливуде все пашут с утра до ночи и всерьез»

Английский, деньги и некриминальное прошлое

В конце 2014 — начале 2015 нас обеих не покидало ощущение, что под ногами начинает гореть земля. Яда в новостях стало больше, Крым стал нашим, потом мы распробовали вкус слова «санкции», у всех вдруг стали появляться знакомые и друзья, которые потеряли работу.

У нас состоялся серьезный разговор. Да, надо уезжать. Австралия? Новая Зеландия? США? Канада? Все эти страны имеют понятные и вполне доступные иммиграционные программы.

Выбрали Канаду. Доводы были такие: бесплатная медицина, стабильная экономика, безопасность, права человека, канадский паспорт, низкий процент по ипотеке, легализированные гей-браки, мягкий климат. Наивно?

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Мы стали готовиться: учили английский, откладывали деньги, читали форумы и выжидали подходящую иммиграционную программу (правила и порядки могут меняться каждый год в зависимости от экономической и демографической ситуации).

Канада — огромная и не густонаселенная страна. Ей нужны квалифицированные специалисты, люди, которые могли бы быстро интегрироваться в канадское общество. Поэтому каждый год в страну прибывают тысячи и тысячи «ньюкамеров».

Все иммиграционные программы объединяет одно: у вас должен быть отличный английский, подтвержденный сертификатом IELTS, определенная сумма денег на счету в банке, некриминальное прошлое (подтверждается справкой из полиции), высшее образование и опыт работы не менее года.

Получив добро на переезд от иммиграционных властей, вы сразу получите карту резидента — те же права, что и у граждан с канадским паспортом, за исключением возможности голосовать до получения гражданства. Никто не гарантирует вам рабочее место, офис в даунтауне и бенефиты. Но вы получите возможность жить и работать в прекрасной стране. Ваше будущее в ваших руках. Welcome to Canada.

Фото из личного архива Тани Солодовниковой
Salt: главное здесь, остальное по вкусу - «Москва — как бывший: родной и теплый. Но я вырвалась из этих уютных объятий и поехала в Израиль. Домой» География «Москва — как бывший: родной и теплый. Но я вырвалась из этих уютных объятий и поехала в Израиль. Домой»

«Я чувствовала себя бесполезной»

Наш иммиграционный процесс — от сбора документов до визы в паспорте — занял восемь месяцев. Первое, что я обнаружила после переезда: мой английский ужасен. Я не могу купить даже чашку кофе в «тимчике» (Tim Hortons — сеть кофеен в Канаде. — Прим. Salt Mag). Мне казалось, что я могу говорить и понимать. Ну подумаешь, немного стесняюсь и торможу. В англоговорящей стране разболтаюсь.

Оказалось, рассказывать своему преподавателю о любимом ресторане на английском гораздо комфортнее, чем заказать «дабл-дабл» в «тимчике» (два сахара, двойные сливки в кофе).

Преподаватель английского терпеливо подождет, пока ты вспомнишь слово, а утренняя очередь в кофейне будет нервно дышать в спину

Акценты, идиоматика, культурные и исторические референсы имеют большое значение. Язык постоянно изменяется, он живой, сегодня в ходу одно слово, а завтра другое.

Мы поселились в мидтауне, в благополучном районе, я пошла в школу для иммигрантов учить английский (бесплатно, как и многие другие сервисы для ньюкамеров в Канаде), Оля нашла хорошую работу. У нас была крепкая финансовая подушка безопасности, появились первые знакомые, друзья, любимые места, Торонто оказался очень классным городом.

Но буду честной: первые пару лет были, мягко говоря, непростыми. Я чувствовала себя бесполезной, немой и беспомощной в новой среде, а моя Оля была в депрессии почти полтора года.

Про депрессию я говорю не для красного словца. Она реальна, она существует, она страшная, в Северной Америке ее диагностируют, как болезнь, и, к счастью, лечат таблетками и терапией. Пока это не коснулось моего близкого человека, я, как и миллионы россиян, думала, что депрессия — это когда тебе долго-долго грустно и надо просто найти себе хобби, сходить в кино или съездить в парк на пикник.

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Нет, депрессия — это не «грустно», это когда ты в аду 24/7. Я не знала, что делать и как себя вести — гуглила, читала и искала способы вытащить ее из этой черной дыры. Наш семейный доктор сказал мне: «Будь терпеливой и будь рядом. Ты ей нужна». Я была рядом

Salt: главное здесь, остальное по вкусу - «Больше всего депрессия напоминает фильм "Скафандр и бабочка"»: редактор Salt Mag о том, как жить и работать с депрессией Колумнисты «Больше всего депрессия напоминает фильм "Скафандр и бабочка"»: редактор Salt Mag о том, как жить и работать с депрессией

Мои первые работы в Торонто были на русских: администратор салона красоты, мерчандайзер в магазине товаров для дома, администратор в медицинской клинике. Все мои бывшие работодатели как один почему-то походили на людей с одной суперспособностью: физически они находились на территории Канады, а ментально остались в России 90-х, 2000-х или в СССР.

Сейчас я работаю на канадскую торговую компанию, в отделе, который занимается продажей товаров онлайн, у меня классный менеджер и отличная команда. Моя работа не имеет ничего общего с тем, чем я занималась последние 15 лет в России. Как это часто бывает тут, сработали знакомства и рекомендации — нетворкинг.

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Буду брутально откровенной: гуманитариям, чья работа или бизнес базировались на коммуникациях, в медиа или рекламе, возможно, придется серьезно задуматься о смене карьеры.

Что помогло почувствовать себя дома

Культурных шоков, которые потрясли бы меня до самого основания при переезде, не было. Может, удивление?

Я слышала, как азиатские девчонки щебечут между собой на чистом французском — Канада двуязычная страна, и у меня случался ментальный паралич. Посылки, беспечно оставленные Canada post или Amazon под моими дверями, приводили в трепет. Никто их не трогал и не пытался присвоить себе! Чистый общественный транспорт, люди, которые делают комплимент твоей стрижке, стоя за тобой в очереди за кофе, водитель автобуса, извиняющийся перед пассажирами за то, что уходит в отпуск: «Эй, счастливого Рождества, люди, простите, меня не будет с вами пару недель, но вы можете смотреть в фейсбуке, как я отдыхаю» — все это казалось невероятным и чудесным первое время. Таким невероятным и чудесным оно осталось и по сей день.

Мое сердце тает, когда я иду по центру города и вижу двух бритоголовых чуваков в «адиках», держащихся за руки. Love is love. Пару раз я бывала на прайдах летом в Торонто и видела там премьер-министра Канады Джастина Трюдо — на расстоянии двух метров

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Торонто — потрясающий город, абсолютно мой по энергетике. Тут делают лучшее крафтовое пиво, которое я когда-либо пила, есть возможность попробовать практически любую кухню мира, тут проходит международный кинофестиваль. Зимой, конечно, движения меньше, но любви к этому городу хватает, чтобы пережить холода и дотянуть до лета. Единственное, что меня расстраивает — квартирный вопрос. Купить свое жилье — не просто дорого, а невероятно дорого.

Между мной и многими людьми, которых я знала до переезда, сейчас — тектонический разлом. Ментально мы живем в разных измерениях.

У меня нет водительских прав, я езжу на велосипеде, метро и трамваях, я сортирую мусор, подбираю книги в парках, могу купить лампу на гараж-сейл, не скучаю по русской еде (тут масса магазинов и ресторанов с прекрасными русскими, белорусскими, украинскими продуктами), легко расстаюсь с вещами, токсичными людьми и работодателями. Мне кажется, после всего, что со мной случилось, я прокачала своего эмоционального Халка до 90 lvl.

Фото из личного архива Тани Солодовниковой

Не так давно моя сестра говорила мне, что ей нужен отпуск и срочно надо куда-то поехать, уехать, сбежать, передохнуть и отдохнуть. А я ответила, что мне совсем никуда не хочется уезжать и бежать

Ни на Кубу, ни в Мексику, ни в Штаты (ближайшие туристические направления для канадцев). На что она ответила: «Наконец-то ты дома». И да, я дома. Кажется, пускаю корни. Вот, например, появился котик Юки.

Я согласна с тем, что всему свое время, но жалею, что так долго тянула и не переехала раньше. Я дописываю этот текст, сидя на верхней палубе парома, который везет меня на Pelee Island — самую южную точку Канады, это где-то совсем рядом с Детройтом. Там я пересяду на велосипед, поеду вдоль берега к маяку и остановлюсь где-нибудь по дороге искупаться в озере Эри.